Словарь по этике. Вернуться на главную страницу

 


Маркс (Marx), Карл (1818—83) — основатель научного коммунизма, философии диалектического и исторического материализма и научной политической экономии. Философско-этическая позиция М. вырабатывалась в процессе творческих поисков и открытий, в ходе анализа фундаментальных мировоззренческих проблем. Этим его подход в корне отличен как от объективистского сциентизма, так и от субъективизма (в т. ч. этического социализма).

Ранний период (до 1842) духовной биографии М. — это период освоения философской и этической культуры классического немецкого идеализма. Миру сущего М. противопоставляет мир должного. Они образуют два абсолютно независимых начала — дуализм двух миров. Однако уже в 1837 г. М. осуждает этот свой дуализм и выдвигает требование монистически-разумного понимания действительности («Из ранних произведений», с. 7—8). Это не было отказом от критических умонастроений, присущих прежним взглядам М., а, напротив, свидетельствовало о попытке решать проблему долженствования на основе более глубокого постижения действительности.

Но до тех пор, пока М. оставался на объективно-идеалистической т. зр. (близкой к младогегельянству), его революционный демократизм вновь приводил к дуализму: между идеей государства, т. е. идеалом «самопредставительства народа» (там же, с. 236), и реально существующими классовыми государствами. М. вводит понятие «свободной интеллигентности», к-рая выражает всеобщность народного духа, а поэтому не подчинена никакой частноутилитарной функции (там же, с. 231). Уже тогда он четко формулирует связь цели и средства: «...цель, для которой требуются неправые средства, не есть правая цель...» (т. 1, с. 65).

В 1843—45 гг. совершается переход М. от идеалистического революционного демократизма к диалектико-историческому материализму и научному коммунизму. Ведя полемику против утопически-субъективистского коммунизма младогегельянского кружка «свободных» с их апелляцией к чистому долженствованию, М. выдвигает принципы, на основе к-рых он затем (с 1845) сможет развивать свои философско-этические взгляды уже как собственно марксизм. «Недостаточно, чтобы мысль стремилась к воплощению в Действительность, сама действительность должна стремиться к мысли» (там же, с. 423), но такова только человеческая действительность, «мир человека» (там же, с. 411).

То, что «корнем является для человека сам человек», надо открыть как глубочайшую «правду посюстороннего мира», утверждение к-рой возможно только путем революционного преобразования этого мира (там же, с. 422, 415). Определяя истинное долженствование, М. исходит из противоречий такого социального разделения деятельности, к-рое становится разделением классово-антагонистическим, из противоречий отчуждения труда. Коммунистическое преобразование мира — такова историческая задача, решение к-рой равносильно устранению всякого отчуждения и к-рая есть не что иное, как исторически истинное долженствование.

С этой т. зр. М. отвергает морализирование. Он выдвигает тезис: «....вся так называемая всемирная история есть не что иное, как порождение человека человеческим трудом» («Из ранних произведений», с. 598). В этом тезисе, раскрывающем деятельностную сущность человека, — квинтэссенция всего марксового революционного гуманизма, всей его философии человека. В противовес антропологизму Фейербаха, прудонизму (Прудон), «истинным социалистам» и др. с 1845 г. М. рассматривает нравственный идеал с позиций историзма. Для М. история — не фон для «морализующей критики», а противоречивый процесс реальной гуманизации человека.

Поэтому для верной философско-этической ориентации в познании исторического процесса содержательная логика мышления должна быть подлинно диалектической. Такая логика и позволила М., несмотря на все формы отчуждения, увидеть в об-ве «продукт взаимодействия людей», понять исторический процесс как созидание общественной действительности самими людьми и сделать вывод, что «общественная история людей есть всегда лишь история их индивидуального развития...» (т. 27, с. 402—403).

Т. обр., М. смог вскрыть гуманистический смысл и нравственные критерии коммунистической революционности в противоположность грубому («казарменному») лжекоммунизму: «...Революция необходима не только потому, что никаким иным способом невозможно свергнуть господствующий класс, но и потому, что свергающий класс только в революции может сбросить с себя всю старую мерзость и стать способным создать новую основу общества» (т. 3, с. 70).

Социалистическая революция не есть просто изменение порядка вещей, использующее людей как средство. Изменяя мир, люди изменяют самих себя, совершают революционный процесс самоперевоспитания. Такой подход к человеку противостоит концепциям, лишающим конкретную личность нравственной суверенности и противопоставляющих ей «метафизическую фикцию» стоящих над нею социальных институтов (т. 4, с. 14). В 1850—60 гг. М. создает «Капитал», в к-ром развернуто представлены: открытие господства экономики над людьми и овеществленных форм производственных отношений над культурой, а одновременно открытие пути к преодолению этого господства, пути в «истинное царство свободы» — в коммунизм.

За отношениями вещей, поработившими людей, М. увидел и исследовал отношения между самими людьми — производственные отношения. За персонификациями экономических категорий, за ролями и масками экономических персонажей («агентов» собственно материального производства) он увидел не только исполнителей, но и авторов их собственной исторической драмы. М. строго разграничил общеисторическую объективную логику, по к-рой люди делают свою историю, и исторически преходящие формы осуществления этой объективной логики — формы отчуждения, деперсонификации, расщепления человека антагонистическим разделением деятельности.

Создав «Капитал», М. дал образец диалектики как логики. Хотя в теории М. нет ни грана субъективистского морализирования, она отнюдь не нейтральна. Она — не инструмент, не рассудочный аппарат, ограниченный сферой средств и безотносительный к целям; она есть подлинная философия человека. Ведь она постигает не одну только объективную диалектику мира природных объектов, но и действительную диалектику культурно-исторического процесса, т. е, все богатство человека как субъекта. Она есть логика человеческого разума, не только познающего объекты, но и продуцирующего цели, оценивающего (Разум нравственный). Марксов коммунистический идеал не есть готовое «образцовое» состояние, с к-рым надо сообразовываться.

Это процесс разрешения конкретных противоречий «предыстории» человечества, непрерывно обогащаемая цель действительной борьбы. Он нацеливает на преодоление разделения (прежде всего классового) деятельности, к-рое разделяет самого человека, и тем самым на создание возможностей для целостного его развития (Всестороннее, целостное развитие личности); на освобождение человека от роли агента в непосредственном процессе собственно материального производства, с тем чтобы не рабочее, а свободное время сделать мерилом его богатства; на превращение развития всех человеческих сущностных сил из средства, подчиненного «внешней целесообразности», в самоцель (т. 25, ч. II, с. 386—387).

Эти требования суть исторические и одновременно истинные нравственные требования. В 70-х гг. М. столкнулся с начавшим складываться экономическим материализмом, к-рый выхолащивал из марксизма его этический смысл, т. к. увековечивал господство экономики над культурой, сводил историческую действительность к экономике и ее служебным придаткам, а людей — к экономическим персонажам с предопределенными ролями. М. резко отмежевался от такой вульгаризации его идей (т. 35, с. 324). Подлинный марксизм вбирает в себя все достижения не только материальной и научно-познавательной, но и духовно-нравственной культуры человечества. Благодаря этому он есть философия и философская этика культурно развитого рабочего класса — творца коммунизма.

Назад | Тематический указатель | Вперёд
 




Маркс


 

2010. Словарь по этике.